Царь иоанн и софия история. И снова о Софье: Великая княгиня Московская София Палеолог и ее роль в истории. Софья Палеолог биография самое главное
София Палеолог… Сколько о ней сказано, написано, придумано, обнаружено… Не всякая, далеко не всякая личность в истории облечена в такой длинный шлейф недомолвок, сплетен, наговоров… И параллельно с ними – восторгов, благодарностей, восхищений. Личность Софии Палеолог давно не дает спокойно спать археологам, историкам, врачам, ученым, исследователям, да и просто людям, которые хоть как-то по касательной столкнулись с повествованиями о ней. Так кто же она? Гений? Злодейка? Ведьма? Святая? Благодетельница земли русской или исчадие ада? Опираясь на известные нам сведения ее биографии, попробуем разобраться.
Начнем с начала. София, или в младенчестве Зоя, родилась в семье Фомы Палеолога – деспота Мореи. Он был младшим братом последнего византийского императора Константина XI, который погиб при падении Константинополя в середине XV века.
Вот после этой фразы порой и начинается тарарам в мышлении людей. Ну, если отец – деспот, то кому же быть дочери? И начинается град обвинений. А между тем, ежели проявить немного любознательности и заглянуть в словарь, который толкует нам слова не всегда односложно, то мы можем прочесть нечто другое о слове «деспот».
Оказывается, что деспотами называли самых высокопоставленных византийских вельмож. А деспотаты – это такие разделения в государстве, подобные современным провинциям или штатам. Вот и отец Софии был вельможей, руководившим одним из таких кусочков государства – деспотатом.
Она была в семье не единственным ребенком – у нее было еще два брата: Мануил и Андрей. Семья исповедовала православие, мать детей – Екатерина Ахайская, была очень воцерковленной женщиной, чему и учила своих детей.
Но годы были очень непростые. Византийская империя была на грани падения. А когда умер Константин XI и столица была захвачена турецким султаном Мехмедом II, семья Палеолог вынуждена была бежать из родового гнезда. Сначала они обосновались на острове Корфу, а позже перебрались в Рим.
В Риме дети осиротели. Сначала умерла мать, а после, спустя полгода, ушел ко Господу и Фома Палеолог. Воспитанием сирот занялся греческий ученый, униат Виссарион Никейский, служивший кардиналом при папе Сиксте IV (да-да, это он стал заказчиком постройки капеллы, которая теперь и носит его имя – Сикстинская).
И естественно, Зою и ее братьев воспитывали в католицизме. Но при этом дети получили и хорошее образование. Они знали латинский и греческий, математику и астрономию, свободно говорили на нескольких языках.
Папа же Римский не только от сострадания к сиротам проявлял такую добродетель. Мысли его были куда более прагматичны. Для того чтобы восстановить флорентийское соединение церквей и приобщить к унии государство Московское, он решил выдать Софию Палеолог за русского князя Ивана III, который с недавнего времени был вдовцом.
Овдовевшему князю пришлось по душе желание Папы Римского породнить древний московский род со знаменитым родом Палеолог. Но сам он ничего решить не мог. Иван III спросил совета у матери, как ему поступить. Предложение было заманчивым, но он прекрасно понимал, что на кону не только его личная судьба, но и судьба государства, правителем которого он станет. Его отец, великий князь Московский Василий II, получивший прозвище Тёмный из-за своей слепоты, назначил 16-летнего сына своим соправителем. А на момент предполагаемого сватовства Василий II уже преставился.
Мать отослала сына к митрополиту Филиппу. Тот выступил резко против намечающегося брака и не дал своего высочайшего благословения князю. Что же касается самого Ивана III, то идея брака с византийской принцессой ему пришлась по душе. Ведь тем самым Москва становилась наследницей Византии - «третьим Римом», что несказанно укрепляло авторитет великого князя не только в своей стране, но и в отношениях с соседними государствами.
Поразмыслив, он направил в Рим своего посла – итальянца Жан-Батиста делла Вольпе, которого в Москве именовали куда проще: Иван Фрязин. Личность его весьма интересна. Он был не только главным чеканщиком монет при дворе великого князя Ивана III, но и откупщиком этого весьма прибыльного дела. Но не о нем сейчас речь.
Договор о свадьбе был заключен, и София вместе с несколькими сопровождающими лицами отбыла из Рима в Россию.
Она пересекла всю Европу. Во всех городах, где она останавливалась, ей устраивали пышный прием и задаривали сувенирами. Последней остановкой перед прибытием в Москву был город Новгород. И тут произошло неприятное событие.
В обозе Софии был большой католический крест. Весть об этом дошла до Москвы и невероятно расстроила митрополита Филиппа, который и так не давал благословения на этот брак. Владыка Филипп поставил ультиматум: если крест ввезут в Москву – он покинет город. Дело принимало серьезный оборот. Посланец Ивана III поступил по-русски просто: встретив обоз на подъезде к Москве, он взял и отнял крест у представителя Римского Папы, сопровождавшего Софию Палеолог. Всё решилось быстро и без лишнего шума.
Непосредственно в день ее приезда в Белокаменную, а именно 12 ноября 1472 года, как свидетельствуют летописи того времени, состоялось ее венчание с Иваном III. Оно произошло во временной деревянной церкви, поставленной около строящегося Успенского собора, чтобы не прекращать богослужений. Митрополит Филипп, будучи всё ещё вне себя от ярости, отказался проводить церемонию венчания. И это таинство исполнил специально экстренно приглашенный в Москву Коломенский протопоп Иосия. София Палеолог стала женой Ивана III. Но, к великому несчастью и разочарованию Папы Римского, всё обернулось совсем не так, как он предполагал.
По преданию, она привезла с собой в подарок мужу «костяной трон»: его деревянный остов весь был покрыт пластинами из слоновой и моржовой кости с вырезанными на них сюжетами на библейские темы. Софья привезла с собой и несколько православных икон.
София, целью которой ставилось склонение Руси к католичеству, стала православной. Рассерженные послы унии покинули Москву ни с чем. Ряд историков склоняется к версии о том, что София втайне общалась с афонскими старцами, постигая азы православной веры, которая все больше и больше нравилась ей. Есть свидетельства о том, что к ней сваталось несколько иноверцев, которым она отказывала исключительно по причине несовпадения в религиозных взглядах.
«Видимым знаком преемственности Руси от Византии становится двуглавый орел – династический знак семьи Палеолог»
Как бы то ни было, Палеолог стала великой русской княгиней Софьей Фоминичной. И не просто стала ею формально. Она привезла с собой на Русь великий багаж – заветы и предания Византийской империи, так называемую «симфонию» государственной и церковной власти. И это были не просто слова. Видимым знаком преемственности Руси от Византии становится двуглавый орел – династический знак семьи Палеолог. И этот знак становится государственным гербом Руси. Чуть позже к нему добавился всадник, поражающий мечом змея – святой Георгий Победоносец, который раньше был гербом Москвы.
Муж прислушивался к мудрым советам своей просвещённой жены, хотя это не нравилось его боярам, ранее имевшим безраздельное влияние на князя.
А София стала не только помощницей мужа в делах государственных, но и матерью огромного семейства. У нее родилось 12 детей, 9 из которых прожили долгую жизнь. Сначала на свет появилась Елена, умершая в раннем младенчестве. За ней последовала Федосия, за ней – опять Елена. И наконец – счастье! Наследник! В ночь с 25 на 26 марта 1479 года на свет появился мальчик, нареченный в честь деда Василием. У Софии Палеолог родился сын Василий, будущий Василий III. Для матери же он всегда оставался Гавриилом - в честь архангела Гавриила, которому она слезно молилась о даровании наследника.
Судьба подарила супругам еще Юрия, Дмитрия, Евдокию (также умершую младенцем), Ивана (умер ребенком), Симеона, Андрея, опять Евдокию и Бориса.
Сразу после рождения наследника София Палеолог добилась того, чтобы его объявили великим князем. Этим действием она практически вытеснила с очереди на престол старшего сына Ивана III от предыдущего брака – Ивана (Молодого), а следом за ним – его сына, то есть внука Ивана III – Дмитрия.
Естественно, это повлекло всяческие кривотолки. Но, казалось, они совсем не заботили великую княжну. Ее волновало совсем иное.
София Палеолог настаивала на том, чтобы ее супруг окружил себя пышностью, богатством и завел при дворе этикет. Таковы были традиции империи, и их следовало соблюдать. Из Западной Европы Москву наводнили врачи, художники, зодчие, архитекторы… Им дан был приказ – украсить столицу!
Из Милана был приглашен Аристотель Фиораванти, которому вменялось в задачу выстроить кремлевские покои. Выбор был неслучаен. Синьор Аристотель слыл великолепным специалистом по подземным ходам, тайникам и лабиринтам.
И прежде чем заложить стены Кремля, он построил под ними настоящие катакомбы, в одном из казематов которых была укрыта настоящая сокровищница – библиотека, в которой хранились рукописи времен античности и фолианты, спасенные при пожаре знаменитой Александрийской библиотеки. Помните, на праздник Сретения мы говорили о Симеоне Богоприимце? Как раз его перевод книги пророка Исаии на греческий хранился в этой библиотеке.
Кроме кремлевских палат, архитектор Фиораванти построил Успенский и Благовещенский соборы. Благодаря мастерству иных зодчих в Москве появились Грановитая палата, кремлевские башни, Теремной дворец, Казенный двор и Архангельский собор. Москва с каждым днем становилась все краше и краше, как бы готовясь стать царской.
Но не только это заботило нашу героиню. София Палеолог, имея большое влияние на мужа, который видел в ней надеждного друга и мудрого советчика, убедила его отказаться платить дань Золотой Орде. Иван III наконец-то сбросил это многолетнее иго. Но бояре очень боялись, что орда озвереет, узнав о решении князя, и начнется кровопролитие. Но Иван III был тверд, заручась поддержкой своей супруги.
Ну, что ж. Пока что мы может сказать, что София Палеолог была добрым гением как для своего супруга, так и для матушки-Руси. Но мы забыли об одном человеке, который так вовсе не считал. Имя этого человека – Иван. Иван Молодой, как его называли при дворе. И он был сыном от первого брака великого князя Ивана III.
После того, как сын Софии Палеолог был объявлен наследником престола, русская знать при дворе раскололась. Сформировались две группировки: одна поддерживала Ивана Молодого, другая – Софью.
С самого появления при дворе у Ивана Молодого не сложились отношения с Софьей, а та не пыталась их наладить, занимаясь другими государственными и личными делами. Иван Молодой был всего на три года моложе мачехи, и как все подростки, ревновал отца к его новой возлюбленной. Вскоре и Иван Молодой женился на дочери господаря Молдавии Стефана Великого – Елене Волошанке. И на момент рождения сводного брата уже сам был отцом сына Дмитрия.
Иван Молодой, Дмитрий… Шансы Василия занять престол были весьма призрачны. И это не устраивало Софию Палеолог. Совершенно не устраивало. Две женщины – София и Елена – стали заклятыми врагами и просто-таки горели желанием избавиться не только друг от друга, но и от потомства конкурентки. И София Палеолог допускает промах. Но об этом по порядку.
Великая княжна поддерживала весьма теплые дружеские отношения со своим братом Андреем. Его дочь Мария вышла в Москве замуж за князя Василия Верейского, который был племянником Ивана III. И однажды София, не спросив мужа, подарила племяннице драгоценность, которая некогда принадлежала первой супруге Ивана III.
А великий князь, видя неприязнь своей невестки к супруге, решил ее задобрить и подарить ей эту фамильную драгоценность. Вот тут-то и произошел великий провал! Князь был вне себя от гнева! Он потребовал у Василия Верейского возвратить ему немедленно фамильную ценность. Но тот отказался. Дескать, подарок, извините! Тем более что стоимость его была весьма и весьма внушительной.
Иван III был просто взбешен и велел засадить князя Василия Верейского с супругой в темницу! Пришлось родственникам спешно бежать в Литву, где они спаслись от гнева государя. Но князь еще долго сердился на свою супругу за этот поступок.
К концу XV века страсти в великокняжеском семействе улеглись. По крайней мере, сохранялась видимость холодного мира. Как вдруг обрушилась новая беда: Иван Молодой заболел ломотой в ногах, был практически парализован. К нему спешно были выписаны лучшие лекари из Европы. Но помочь ему они ничем не смогли. Вскоре Иван Молодой скончался.
Лекарей, как водится, казнили… А вот в кругу бояр стал все явственнее и явственнее проступать слух, что к смерти наследника приложила свою руку София Палеолог. Дескать, отравила она конкурента своего Василия. До Ивана III дошла молва, что какие-то лихие бабы с зельем приходили к Софии. Он пришел в ярость, жены и видеть не хотел, а сына Василия велел держать под стражей. Баб, приходивших к Софье, утопили в реке, многих побросали в тюрьмы. Но София Палеолог на этом не унялась.
Ведь у Ивана Молодого остался наследник, известный как Дмитрий Иванович Внук. Внук Ивана III. И 4 февраля 1498 года, под занавес XV века, он был официально провозглашен наследником престола.
Но вы плохо себе представляете личность Софии Палеолог, если думаете, что она смирилась. Совсем наоборот.
В то время на Руси стала распространяться жидовствующая ересь. Ее привез на Русь какой-то киевский ученый еврей по имени Схария. Он стал переиначивать христианство на иудейский манер, отрицал Святую Троицу, Ветхий Завет ставил главнее Нового, отвергал почитание икон и мощей святых… В общем, говоря современным языком, собирал таких же, как и он, сектантов, отколовшихся от святого Православия. Елена Волошанка и князь Дмитрий каким-то образом примкнули к этой секте.
Это был великий козырь в руках Софии Палеолог. Тут же о сектанстве было доложено Ивану III. И Елена с Дмитрием попали в опалу. София и Василий опять заняли свое прежнее положение. С этой поры начал государь, по словам летописцев, «не радеть о внуке», а сына Василия объявил великим князем Новгорода и Пскова. София добилась того, что было приказано Дмитрия и Елену держать под стражей, на ектениях в церкви не поминать их и не величать Дмитрия великим князем.
Софья Палеолог, фактически отвоевавшая для своего сына царский престол, не дожила до этого дня. В 1503 году она скончалась. В тюрьме скончалась и Елена Волошанка.
Благодаря методу пластической реконструкции по черепу в конце 1994 года был восстановлен скульптурный портрет великой княгини Софьи Палеолог. Она была невысокой – около 160 см, полной, с волевыми чертами лица и имела нисколько не портившие ее усики.
Иван III, чувствуя уже слабость здоровья, приготовил завещание. Василий в нем указан престолонаследником.
Василию между тем пришла пора жениться. Попытка женить его на дочери датского короля не удалась; тогда, по совету одного придворного, грека, Иван Васильевич последовал примеру византийских императоров. Ко двору велено было собрать на смотрины красивейших девиц, дочерей бояр и боярских детей. Собрано было их полторы тысячи. Василий избрал Соломонию, дочь дворянина Сабурова.
Иван Васильевич после кончины супруги пал духом, серьезно заболел. Видимо, великая княгиня Софья давала ему необходимую энергию для строительства новой державы, ее ум помогал в государственных делах, ее чуткость предупреждала об опасностях, ее всепобеждающая любовь давала ему силы и мужество. Оставив все дела, он отправился в поездку по монастырям, но замолить грехи не удалось. Его разбил паралич. 27 октября 1505 года он отошел ко Господу, пережив любимую супругу всего на два года.
Василий III, взойдя на престол, первым делом ужесточил условия содержания своего племянника – Дмитрия Внука. Его заковали в кандалы и поместили в маленькую душную камеру. В 1509 году он скончался.
У Василия и Соломонии не было детей. По совету приближенных он женился на Елене Глинской. 25 августа 1530 года Елена Глинская родила наследника Василия III, которого нарекли при крещении Иоанном. Потом ходила молва, будто при появлении его на свет по всей Русской земле прокатился страшный гром, молния сверкнула и земля содрогнулась…
Родился Иван Грозный, как говорят современные ученые, внешне очень похожий на свою бабку – Софию Палеолог. Иван Грозный – маньяк, садист, развратник, деспот, алкоголик, первый русский царь и последний в династии Рюриковичей. Иван Грозный, на смертном одре принявший схиму и похороненый в рясе и куколе. Но это уже совсем другая история.
А Софья Палеолог была похоронена в массивном белокаменном саркофаге в усыпальнице Вознесенского собора в Кремле. Рядом с ней покоилось тело и первой жены Ивана III – Марии Борисовны. Этот собор был разрушен в 1929 году новой властью. Но останки женщин царского дома сохранились. Они сейчас покоятся в подземной палате Архангельского собора.
Вот такая была жизнь Софьи Палеолог. Добродетель и злодейство, гениальность и подлость, украшение Москвы и уничтожение конкурентов – всё было в ее непростой, но очень яркой биографии.
Кто она – воплощение зла и интриги или созидательница новой Московии – решать Вам, читатель. В любом случае, ее имя вписано в анналы истории, а часть ее фамильного герба – двуглавого орла – мы видим и сегодня на российской геральдике.
Несомненно одно – она внесла огромный вклад в историю Московского княжества. Пусть покоится с миром! Уже одно то, что она не дала Москве стать католическим государством, для нас, православных, бесценно!
Главное фото – встреча царевны Софии Палеолог псковскими посадниками и боярами в устье Эмбаха на Чудском озере. Бронников Ф.А.
Софья Палеолог: греческая интриганка, которая изменила Россию
12 ноября 1472 года Иван III второй раз вступает в брак. На этот раз его избранницей становится греческая принцесса Софья, племянница последнего византийского императора Константина XI Палеолога.
Белокаменная
Через три года после венчания Иван III начнет обустройство своей резиденции со строительства кафедрального Успенского собора, который воздвигнут на месте разобранного храма Калиты. Будет ли это связано с новым статусом - великий князь Московский к тому времени будет позиционировать себя как «государь всея Руси», - или же идею «подскажет» супруга Софья, недовольная «убогой обстановкой», однозначно сказать сложно. К 1479 году строительство нового храма будет завершено, а его свойства перенесены в дальнейшем и на всю Москву, которую и поныне зовут «белокаменной». Масштабное строительство продолжится. На фундаменте старой дворцовой церкви Благовещения построят Благовещенский собор. Для хранения казны московских князей построят каменную палату, которая впоследствии будет именоваться «Казенным двором». Вместо старых деревянных хором для приема послов начнут строить новую каменную палату, получившую название «Набережной». Для официальных приемов построят Грановитую палату. Будет перестроено и построено большое количество церквей. В итоге Москва полностью изменит облик, а Кремль превратится из деревянной крепости в «западноевропейский замок».
Новый титул
С появлением Софьи ряд исследователей связывает новый церемониал и новый дипломатический язык - сложный и строгий, чопорный и натянутый. Женитьба на знатной наследнице византийских императоров позволит царю Иоанну позиционировать себя как политического и церковного преемника Византии, а окончательное свержение ордынского ига сделает возможным перевод статуса московского князя на недосягаемо высокий уровень национального властителя всей Русской земли. Из правительственных актов уходит «Иван, государь и великий князь» и появляется «Иоанн, божиею милостью государь всея Руси». Значимость нового титула дополняется длинным списком пределов Московского государства: «Государь всея Руси и великий князь Владимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Пермский, и Югорский, и Болгарский, и иных».
Божественное происхождение
В своем новом положении, источником которого отчасти был и брак с Софьей, Иван III находит недостаточным прежний источник власти - преемство от отца и деда. Идея божественного происхождения власти была не чужда предкам государя, однако, ни один из них не выражал ее настолько твердо и убедительно. На предложение германского императора Фридриха III вознаградить царя Ивана королевским титулом, последний ответит: «…мы божиею милостью государи на своей земле изначала, от первых своих прародителей, а поставление имеем от бога», указывая на то, что в мирском признании своей власти московский князь не нуждается.
Двуглавый орел
Для визуальной иллюстрации преемничества павшего дома византийских императоров будет найдено и наглядное выражение: с конца XV века на царской печати появится византийский герб - двуглавый орел. Существует большое количество других версий, откуда «прилетела» двуглавая птичка, но невозможно отрицать, что символ появился в период супружества Ивана III и византийской наследницы.
Лучшие умы
После приезда Софьи в Москву при русском дворе сформируется достаточно внушительная группа выходцев из Италии и Греции. Впоследствии многие иностранцы займут влиятельные государственные должности, и не единожды будут выполнять важнейшие дипломатические государственные поручения. Послы наведывались в Италию с завидной регулярностью, но часто в список поставленных задач не входило решение политических вопросов. Они возвращались с другим богатым «уловом»: архитекторами, ювелирами, мастерами монетного дела и оружейными умельцами, деятельность которых направлялась в одно русло - способствовать процветанию Москвы. Приезжими рудокопами будет найдена в Печорском крае серебряная и медная руда, и в Москве начнут чеканить монеты из русского серебра. Среди приезжих будет и большое количество профессиональных врачей.
Глазами иностранцев
В период правления Ивана III и Софьи Палеолог появляются первые подробные записки иностранцев о Руси. Перед одними Московия представала диким краем, в котором царят грубые нравы. Например, за смерть пациента врача могли обезглавить, зарезать, утопить, а когда один из лучших итальянских зодчих Аристотель Фиораванти, опасаясь за свою жизнь, запросился на родину, он был лишен имущества и заключен в острог. Другой видели Московию путешественники, те, кто не задерживался надолго в медвежьем крае. Венецианский купец Иосафат Барбаро поражался благосостоянию русских городов, «обильных хлебом, мясом, медом и другими полезными вещами». Итальянец Амброджо Кантарини отмечал красоту русских, причем, как мужчин, так и женщин. Другой итальянский путешественник Альберто Кампензе в отчете для папы Климента VII пишет о прекрасно поставленной московитами пограничной службе, запрете продавать спиртное, кроме праздничных дней, но больше всего его покоряет нравственность русских. «Обмануть друг друга почитается у них ужасным, гнусным преступлением, - пишет Кампензе. - Прелюбодеяние, насилие и публичное распутство также весьма редки. Противоестественные пороки совершенно неизвестны, а о клятвопреступлении и богохульстве вовсе не слышно».
Новые порядки
Внешняя атрибутика играла существенную роль в возвышении царя в глазах народа. Софья Фоминична об этом знала на примере византийских императоров. Пышный дворцовый церемониал, роскошные царские одеяния, богатое убранство двора - всего это не было в Москве. Иван III, будучи уже могучим государем, жил не намного шире и богаче бояр. В речах ближайших подданных слышалась простота - некоторые из них происходили так же, как и великий князь, от Рюрика. Муж много слышал о придворном обиходе византийских самодержцев от жены и от людей, которые приехали с ней. Вероятно, ему хотелось и здесь стать «настоящим». Постепенно стали появляться новые обычаи: Иван Васильевич «стал держать себя величаво», перед послами титуловался «царем», иностранных гостей принимал с особенной пышностью и торжественностью, в знак особенной милости повелел целовать царскую руку. Чуть позже появятся придворные чины - постельничий, ясельничий, конюший, а государь станет жаловать в бояре за заслуги.
Спустя время, Софью Палеолог назовут интриганкой, ее обвинят в смерти пасынка Ивана Молодого и будут оправдывать «нестроения» в государстве ее колдовством. Однако, этот брак по расчету продлится 30 лет и станет, пожалуй, одним из самых значимых супружеских союзов за всю историю.
Игра престолов: София Палеолог против Елены Волошанки и «жидовствующих»
«Ересь жидовствующих», - религиозно-политическое движение, существовавшее на Руси в конце XV века, до сих пор таит массу загадок. В истории нашего государства ему суждено было стать знаковым явлением.
Истоки
Оппозиционные движения на Руси появлялись давно. В конце XIV века в Пскове и Новгороде, - центрах вольнодумства, возникло течение «стригольников», которое выражало протест против церковного мздоимства и стяжательства. Псковские дьяконы Никита и Карп ставили под сомнение таинства, проводимые официальными служителями культа: «недостойни суть пресвитери, по мзде поставляеми; недостойно от них причащатися, ни каятися, ни крещения от них приемати».
Так сложилось, что именно Православная Церковь, определяющая образ жизни на Руси, стала яблоком раздора для различных мировоззренческих систем. Через столетие после деятельности стригольников в полный голос о себе заявляют последователи Нила Сорского, известного своими идеями о «нестяжательстве». Они выступали за отказ Церкви от накопленных богатств и призывали священнослужителей вести более скромную и праведную жизнь.
Хула на Церковь
Все началось с того, что призванный на архиепископское служение в Новгороде игумен Геннадий Гонзов, называемый современниками «кровожадным устрашителем преступников против церкви», вдруг обнаружил в пастве брожение умов. Многие священники перестали причащаться, а другие и вовсе бранными словами оскверняли иконы. Также были замечены увлекающиеся иудейскими обрядами и каббалой.
Более того, местный игумен Захария обвинил архиепископа в том, что поставлен он был на должность за взятку. Гонзов решил наказать строптивого игумена и отравил его в ссылку. Однако в дело вмешался Великий князь Иван III и защитил Захарию.
Архиепископ Геннадий, встревоженный еретическим разгулом, обратился за поддержкой к иерархам Русской Церкви, но реальной помощи так и не получил. Тут свою роль сыграл Иван III, который по политическим соображениям явно не желал терять связей с новгородской и московской знатью, многие из которой были причислены к «сектантам».
Однако у архиепископа появился сильный союзник в лице Иосифа Санина (Волоцкого) - религиозного деятеля, отстаивавшего позиции усиления церковной власти. Он не побоялся обвинять самого Ивана III, допуская возможность неповиновения «неправедному государю», ибо «таковый царь не Божий слуга, но диавол, и не царь есть, но мучитель».
Оппозиционер
Одну из важнейших ролей в оппозиции к Церкви и движении «жидовствующих» сыграл думный дьяк и дипломат Федор Курицын, - «начальник еретиков», как его называл архиепископ Новгородский.
Именно Курицына церковники обвиняли в насаждении еретического учения среди москвичей, которое он якобы привез из-за границы. В частности ему приписывали критику Святых Отцов и отрицание монашества. Но дипломат не ограничивался пропагандой антиклерикальных идей.
Ересь или заговор?
Но был еще один человек вокруг которого собирались еретики и вольнодумцы - невестка Ивана III и мать престолонаследника Дмитрия княгиня тверская Елена Волошанка. Она имела влияние на государя и свое преимущество, по мнению историков, старалась использовать в политических целях.
Ей это удалось, хотя победа была не долгой. В 1497 году Курицын печатью скрепил грамоту Ивана III на великокняжение Дмитрия. Интересно, что на этой печати впервые появляется двуглавый орел - будущий герб Русского государства.
Коронация Дмитрия как соправителя Ивана III прошла 4 февраля 1498 года. На нее не были приглашены София Палеолог и ее сын Василий. Незадолго до назначенного события государь раскрыл заговор, в котором его супруга пыталась сорвать законное престолонаследие. Часть заговорщиков была казнена, а София и Василий оказались в опале. Впрочем, историки утверждают, что некоторые обвинения, в том числе в попытке отравить Дмитрия, были надуманы.
Но придворные интриги между Софией Палеолог и Елены Волошанки на этом не закончились. На политическую арену, не без участия Софьи, снова вступают Геннадий Гонзов и Иосиф Волоцкий, которые принуждают Ивана III заняться делом «жидовствующих еретиков». В 1503 и 1504 годах созываются Соборы против ереси, на которых решается судьба партии Курицына.
Русская инквизиция
Архиепископ Геннадий был ревностным сторонником методов испанского инквизитора Торквемады, в пылу полемики он убеждал митрополита Зосиму адаптировать строгие меры в условиях православной ереси.
Однако митрополит, подозреваемый историками в симпатиях к еретикам, ход этому процессу не дал.
Принципы «карающего меча Церкви» не менее последовательно проводил и Иосиф Волоцкий. В своих литературных сочинениях он неоднократно призывал «казнем лютым предавати» инакомыслящих, потому что руками палачей карает сам «святой дух». Под его обвинения попадали даже «не свидетельствовавшие» против еретиков.
В 1502 году борьба Церкви против «жидовствующих» наконец нашла отклик у нового митрополита Симона и Ивана III. Последний после длительного колебания лишает Дмитрия великокняжеского сана и вместе с матерью отправляет в тюрьму. София добивается своего - соправителем государя становится Василий.
Соборы 1503 и 1504 годов усилием воинствующих защитников Православия превращаются в настоящие процессы. Однако если первый Собор ограничивается лишь дисциплинарными мерами, то второй приводит в действие карающий маховик системы. Ересь, подрывающая не только авторитет Церкви, но и устои государственности должна быть искоренена.
По решению Собора главных еретиков — Ивана Максимова, Михаила Коноплева, Ивана Волка сжигают в Москве, а Некраса Рукавова казнят в Новгороде, предварительно отрезав ему язык. Духовные инквизиторы также настояли на сожжении юрьевского архимандрита Кассиана, а вот судьба Федора Курицына доподлинно нам не известна.
Греческая принцесса, которая оказала значительное воздействия на нашу страну. С этого времени началось, фактически, устройство самостоятельного монархического Русского государства.
Софья Палеолог появилась на свет в 40-х годах 15 века, при рождении имела имя Зоя и являлась наследницей древнего греческого рода, управляющего Византией с 13 по 15 века. Затем семья Палеолог переехала в Рим.
Современники отмечали восточную красоту принцессы, острый ум, любознательность, высокий уровень ее образованности и культуры. Софью пытались сосватать за короля Кипра Якова 2, а потом за итальянского князя Караччоло. Оба брака не состоялись, ходили слухи, что Софья якобы отказала женихам, так как не хотела отказываться от своей веры.
В 1469 году папа римский Павел 2 посоветовал Софью в жены овдовевшему великому князю Московскому Католическая церковь надеялась данным союзом оказать свое воздействия на Русь.
Но дело к свадьбе шло не скоро. Князь не торопился, решил посоветоваться с боярами и матерью Марией Тверской. Лишь потом отправил в Рим своего посланника итальянца Джана Батистту дела Вольпе, которого на Руси звали просто Иваном Фрязиным.
Ему поручено от имени царя вести переговоры и посмотреть невесту. Итальянец вернулся назад, не один, а с портретом невесты. Через три года Вольпе уехал за будущей княгиней. Летом Зоя со своей многочисленной свитой двинулась в путь в северную, неведомую страну. Во многих городах, через которые проезжала племянница греческого императора, будущая княгиня Руси пробуждала большое любопытство.
Горожане отмечали ее внешность, чудесную белую кожу и огромные черные, очень красивые глаза. Одета принцесса в платье пурпурного цвета, поверх парчовая мантия подбитая соболями. На голове Зои, в волосах сверкали бесценные камни и жемчуг, на плече поражала красотой крупная застёжка, украшенная большим драгоценным камнем, бросавшийся в глаза на фоне роскошного наряда.
После сватовства Ивану 3 был передан в подарок портрет невесты искусной работы. Существовала версия, что гречанка занималась магией и тем самым портретом приворожила . Так или иначе, но венчание Ивана 3 и Софьи состоялась в ноябре 1472 года когда Софья приехала в Москву.
Надежды католической церкви на Софью Палеолог не оправдались. При въезде в Москву представителю папы было отказано в торжественном несении католического креста и впоследствии его положение при русском дворе ни играло никакой роли. Византийская царевна вернулась к православной вере и стала ярой противницей католицизма.
В браке Софьи и Ивана 3 было 12 детей. Первые две дочери умерли в младенчестве. Существует легенда, что рождение сына было предречено Софьи святым . Во время паломничества московской княгини в Троице-Сергиеву Лавру, преподобный явился к ней и вознес младенца мужского пола. Действительно, вскоре Софья родила мальчика, который впоследствии стал наследником престола и первым признанным русским царем - Василием 3.
С рождением нового претендента на престол при дворе начались интриги, завязалась борьба за власть между Софьей и сыном Ивана 3 от первого брака - Иваном Молодым. Молодой князь уже имел своего наследника - маленького Дмитрия, но он обладал слабым здоровьем. Но вскоре Иван Молодой заболел подагрой и умер, лечивший его лекарь был казнен и пошли слухи, что князя отравили.
Его сын - Димитрий внук Ивана 3 был коронован как великий князь, и считался наследником престола. Однако в ходе интриг Софьи скоро попал под опалу дед - Ивана 3, был заточен в темницу и вскоре умер, а право наследования перешло сыну Софьи - Василию.
Будучи московской княгиней Софья проявляла большую инициативу в государственных делах мужа. По ее настоянию Иван 3 в 1480 году отказался платить дань татарскому хану Ахмату, разорвал грамоту и приказал выгнать ордынских послов вон.
Последствия не заставили себя ждать - хан Ахмат собрал всех своих воинов и двинулся на Москву. Его войска осели на реке Угре и стали готовиться для нападения. Пологие берега реки не давали необходимого преимущества в бою, время шло и войска оставались на месте, ожидая наступление холодов, чтобы перейти реку по льду. В это же время в Золотой орде начались беспорядки и восстания, возможно это послужило причиной, по которой хан развернул свои тумены и ушел с Руси.
Софья Палеолог перенесла на Русь свое наследие Византийской империи. Вместе с приданным царевна привезла редкие иконы, большую библиотеку с трудами Аристотеля и Платона, сочинениями Гомера, а в подарок мужу достался царский трон из слоновой кости с вырезанными библейскими сюжетами. Все это в последствии перешло к их внуку -
Благодаря своим амбициям и большому влиянию на мужа, она приобщила Москву к европейским порядкам. При ней в княжеском дворе был установлен этикет, княгине дозволялось иметь свою половину дворца и самостоятельно принимать у себя послов. Из Европы в Москву были вызваны лучшие архитекторы и живописцы того времени.
В деревянной столице Софьи явно не хватало былой величественности Византии. Были возведены здания, которые стали лучшими украшениями Москвы: Успенский, Благовещенский, Архангельский соборы. Также построены: Грановитая палата для приема послов и гостей, Казенный двор, Набережная каменная палата, башни Московского Кремля.
В течении всей собственной жизни Софья считала себя царегородской царевной, именно ей принадлежит идея сделать из Москвы третий Рим. После сочетания браком Иван 3 ввел в свой герб и печатники символ рода Палеологов - двуглавого орла. Кроме того Русь стала называться Россией, благодаря Византийской традиции.
Несмотря на видимые достоинства народ и бояре относились к Софье с неприязнью, называя ее «гречанкой» и «чародейкой». Многие опасались ее влияния на Ивана 3, так как князь стал отличаться жестким нравом и требовать от поданных полного повиновения.
Тем ни менее, именно благодаря Софье Палеолог произошло сближение России и Запада, изменилась архитектура столицы, установились частные связи с Европой, а также укрепилась внешняя политика.
Поход Ивана 3 против независимого Новгорода закончился полной его ликвидацией. Судьба Новгородской республики предопределила и судьбу . Московская рать вступила на территорию тверской земли. Теперь уже Тверь "целовала крест" присягая Ивану 3, а тверской князь вынужден бежать в Литву.
Успешно проведенное объединение русских земель создало условия для освобождения от ордынской зависимости, что и произошло в 1480 году.
Читайте, комментируйте, делитесь статьей с друзьями.
Внезапная кончина первой жены Ивана III, княгини Марии Борисовны, 22 апреля 1467 года заставила великого князя Московского задуматься о новой женитьбе. Овдовевший великий князь остановил свой выбор на жившей в Риме и слывшей католичкой феческой принцессе Софье Палеолог. Одни историки полагают, что замысел «римско-византийского» брачного союза родился в Риме, другие отдают предпочтение Москве, третьи — Вильно или Кракову.
Софья (в Риме её называли Зоей) Палеолог была дочерью морейского деспота Фомы Палеолога и приходилась племянницей императорам Константину XI и Иоанну VIII. Деспина Зоя провела детство в Морее и на острове Корфу. В Рим она приехала вместе с братьями Андреем и Мануилом после смерти отца в мае 1465 года. Палеологи поступили под покровительство кардинала Виссариона, который сохранил симпатии к грекам. Константинопольский патриарх и кардинал Виссарион пытался возобновить унию с Русью с помощью бракосочетания.
Прибывший в Москву из Италии 11 февраля 1469 года Юрий Грек привёз Ивану III некий «лист». В этом послании, автором которого, по-видимому, был сам папа Павел II, а соавтором — кардинал Виссарион, великому князю сообщалось о пребывании в Риме преданной православию знатной невесты — Софьи Палеолог. Папа обещал Ивану свою поддержку в случае, если тот захочет посвататься к ней.
В Москве не любили торопиться в важных делах и над новыми вестями из Рима размышляли месяца четыре. Наконец, все размышления, сомнения и приготовления остались позади. 16 января 1472 года московские послы отправились в далёкий путь.
В Риме москвичи были с честью приняты новым папой Gikctom IV. В подарок от Ивана III послы преподнесли понтифику шестьдесят отборных соболиных шкурок. Отныне дело быстро пошло к завершению. Через неделю Сикст IV в соборе святого Петра совершает торжественную церемонию заочного обручения Софьи с московским государем.
В конце июня 1472 года невеста в сопровождении московских послов, папского легата и многочисленной свиты отправилась в Москву. На прощанье папа дал ей продолжительную аудиенцию и своё благословение. Он распорядился повсюду устраивать Софье и её свите пышные многолюдные встречи.
Софья Палеолог прибыла в Москву 12 ноября 1472 года, и тут же состоялось её венчание с Иваном III. В чём причина спешки? Оказывается, на следующий день праздновалась память святого Иоанна Златоуста — небесного покровителя московского государя. Отныне и семейное счастье князя Ивана отдавалось под покровительство великого святителя.
Софья стала полноправной великой княгиней Московской.
Сам факт, что Софья согласилась поехать искать счастья из Рима в далёкую Москву, говорит о том, что она была смелая, энергичная и склонная к авантюрам женщина. В Москве её ожидали не только почести, оказываемые великой княгине, но также враждебность местного духовенства и наследника престола. На каждом шагу ей приходилось отстаивать свои права.
Иван, при всей своей любви к роскоши, был бережлив до скупости. Он экономил буквально на всём. Выросшая в совершенно другой обстановке, Софья Палеолог, напротив, стремилась блистать и проявлять щедрость. Этого требовало её честолюбие византийской принцессы, племянницы последнего императора. К тому же щедрость позволяла приобрести друзей среди московской знати.
Но лучшим способом утвердить себя было, конечно, деторождение. Великий князь хотел иметь сыновей. Желала этого и сама Софья. Однако, на радость недоброжелателям, она родила подряд трёх дочерей — Елену (1474), Феодосию (1475) и опять Елену (1476). Софья молила Бога и всех святых о даровании сына.
Наконец её прошение было исполнено. В ночь с 25 на 26 марта 1479 года на свет появился мальчик, наречённый в честь деда Василием. (Для матери он всегда оставался Гавриилом — в честь архангела Гавриила.) Счастливые родители связали рождение сына с прошлогодним богомольем и усердной молитвой у гроба преподобного Сергия Радонежского в Троицком монастыре. Софья рассказывала, что при подходе к монастырю ей явился сам великий старец, держащий на руках мальчика.
Вслед за Василием у неё родились ещё два сына (Юрий и Дмитрий), затем две дочери (Елена и Феодосия), потом ещё три сына (Семён, Андрей и Борис) и последней, в 1492 году, — дочь Евдокия.
Но теперь неизбежно возникал вопрос о будущей участи Василия и его братьев. Наследником престола оставался сын Ивана III и Марии Борисовны Иван Молодой, у которого 10 октября 1483 года в браке с Еленой Волошанкой родился сын Дмитрий. В случае кончины Державного он не замедлил бы тем или иным способом избавиться от Софьи и её семейства. Лучшее, на что они могли надеяться, — ссылка или изгнание. При мысли об этом гречанку охватывали ярость и бессильное отчаяние.
Зимой 1490 года в Москву приехал из Рима родной брат Софьи, Андрей Палеолог. Вместе с ним вернулись московские послы, ездившие в Италию. Они привезли в Кремль множество всякого рода умельцев. Один из них, приезжий лекарь Леон, вызвался исцелить князя Ивана Молодого от болезни ног. Но когда он ставил княжичу банки и давал свои микстуры (от которых тот едва ли мог умереть), некий злоумышленник добавил в эти микстуры отраву. 7 марта 1490 года 32-летний Иван Молодой скончался.
Вся эта история породила множество слухов в Москве и по всей Руси. Общеизвестны были неприязненные отношения между Иваном Молодым и Софьей Палеолог. Гречанка не пользовалась любовью москвичей. Вполне понятно, что молва приписала ей и убийство Ивана Молодого. В «Истории о великом князе Московском» князь Курбский прямо обвинял Ивана III в отравлении собственного сына Ивана Молодого. Да, такой поворот событий открывал путь к престолу детям Софьи. Сам Державный попал в крайне сложное положение. Вероятно, в этой интриге Иван III, приказавший сыну воспользоваться услугами тщеславного лекаря, оказался лишь слепым орудием в руках хитроумной гречанки.
После гибели Ивана Молодого обострился вопрос о наследнике престола. Было два кандидата: сын Ивана Молодого — Дмитрий и старший сын Ивана III и Софьи
Палеолог — Василий. Притязания Дмитрия-внука подкреплялись тем, что его отец был официально провозглашённым великим князем — соправителем Ивана III и наследником престола.
Державный оказался перед мучительным выбором: отправить в темницу либо жену и сына, либо сноху и внука... Убийство соперника во все времена было обычной ценой верховной власти.
Осенью 1497 года Иван III склонился на сторону Дмитрия. Он распорядился подготовить для внука торжественное «венчание на царство». Узнав об этом, сторонники Софьи и княжича Василия составили заговор, который предусматривал убийство Дмитрия, а также бегство Василия на Белоозеро (откуда перед ним открывалась дорога в Новгород), захват хранившейся в Вологде и на Белоозере великокняжеской казны. Однако уже в декабре Иван арестовал всех заговорщиков, в том числе и Василия.
В ходе расследования выяснилась причастность к заговору Софьи Палеолог. Не исключено, что именно она была организатором предприятия. Софья добыла яд и ждала подходящего случая, чтобы отравить Дмитрия.
В воскресенье 4 февраля 1498 года 14-летний Дмитрий был торжественно объявлен наследником престола в Успенском соборе московского Кремля. Софья Палеолог и её сын Василий на этой коронации отсутствовали. Казалось, их дело окончательно проиграно. Придворные бросились угождать Елене Стефановне и её коронованному сыну. Однако вскоре толпа льстецов отступила в недоумении. Державный так и не дал Дмитрию реальной власти, предоставив ему в управление лишь некоторые северные уезды.
Иван III продолжал мучительно искать выхода из династического тупика. Теперь ему первоначальный замысел не казался удачным. Державному стало жалко своих юных сыновей Василия, Юрия, Дмитрия Жилку, Семёна, Андрея... Да и с княгиней Софьей он прожил вместе четверть века... Иван III понимал, что рано или поздно сыновья Софьи поднимут мятеж. Предотвратить выступление можно было только двумя способами: либо уничтожить вторую семью, либо завещать престол Василию и уничтожить семью Ивана Молодого.
Державный на этот раз избрал второй путь. 21 марта 1499 года он «пожаловал... сына своего князя Василь Ивановичя, нарекл его государем великим князем, дал ему Великыи Новъгород и Пьсков в великое княженье». В итоге на Руси появились сразу три великих князя: отец, сын и внук!
В четверг 13 февраля 1500 года в Москве сыграли пышную свадьбу. Иван III выдал свою 14-летнюю дочь Феодосию замуж за князя Василия Даниловича Холмско-го — сына знаменитого полководца и предводителя тверского «землячества» в Москве. Этот брак способствовал сближению между детьми Софьи Палеолог и верхушкой московской знати. К сожалению, ровно через год Феодосия умерла.
Развязка семейной драмы наступила лишь через два года. «Тое же весны (1502 года) князь велики апреля И в понедельник положил опалу на внука своего великого князя Дмитрея и на его матерь на великую княиню Елену, и от того дни не велел их поминати в ектеньях и литиах, ни нарицати великым князем, и посади их за приставы». Через три дня Иван III «пожаловал сына своего Василия, благословил и посадил на великое княженье Володимерьское и Московское и всеа Руси самодеръжцем, по благословению Симона, митрополита всеа Руси».
Ровно через год после этих событий, 7 апреля 1503 года, Софья Палеолог умерла. Тело великой княгини было погребено в соборе кремлёвского Вознесенского монастыря. Её похоронили рядом с могилой первой жены царя — тверской княгини Марии Борисовны.
Вскоре ухудшилось здоровье и самого Ивана III. В четверг 21 сентября 1503 года он вместе с наследником престола Василием и младшими сыновьями отправился на богомолье по северным монастырям. Однако святые угодники уже не склонны были помогать кающемуся государю. По возвращении с богомолья Ивана разбил паралич: «...отняло у него руку и ногу и глаз». Иван III скончался 27 октября 1505 года.
Говорят, что у каждого города, основанного в древности или в средневековье, есть свое тайное имя. По легенде, его могли знать лишь несколько человек. В тайном имени города был заложен его ДНК. Узнав «пароль» города, враг без труда мог завладеть им.
«Тайное имя»
Согласно древней градостроительной традиции, в начале рождалось тайное имя города, затем находилось соответствующее место, «сердце града», которое символизировало Древо мира. Причем не обязательно, что пуп города должен находиться в «геометрическом» центре будущего города. У города почти как у Кощея: «…смерть его на конце иглы, та игла в яйце, то яйцо в утке, та утка в зайце, тот заяц в сундуке, а сундук стоит на высоком дубу, и то дерево Кощей как свой глаз бережёт».
Интересно, что древние и средневековые градостроители всегда оставляли подсказки. Любовь к ребусам отличала многие профессиональные гильдии. Одни масоны чего стоят. До профанации геральдики в эпоху Просвещения роль этих ребусов выполняли гербы городов. Но это в Европе. В России до XVII века вообще не было традиции зашифровывать суть города, его тайное имя, в гербе либо другом каком-то символе. Например, Георгий Победоносец перекочевал на герб Москвы с печатей великий московских князей, а еще раньше - с печатей Тверского княжества. Отношения к городу это никакого не имела.
«Сердце града»
На Руси отправной точкой для возведения города был храм. Он был осью любого населенного пункта. В Москве эту функцию на протяжении веков выполнял Успенский собор. В свою очередь, согласно византийской традиции, храм должен был быть построен на мощах святого. При этом мощи обычно полагались под алтарем (иногда также с одной из сторон алтаря или у входа в храм). Именно мощи и являли собой «сердце города». Имя святого, по-видимому, и было тем самым «тайным именем». Иными словами, если бы «закладным камнем» Москвы был собор Василия Блаженного, то, и «тайное имя» города было бы «Васильев» или «Васильев-град».
Однако мы не знаем, чьи мощи лежат в основании Успенского собора. Нет ни одного упоминания об этом в летописях. Вероятно, имя святого держалось в тайне.
В конце XII века на месте нынешнего Успенского собора в Кремле стояла деревянная церковь. Сто лет спустя московский князь Даниил Александрович построил на этом месте первый Успенский собор. Однако по неизвестным причинам через 25 лет Иван Калита строит на этом месте новый собор. Интересно, что храм был построен по образцу Георгиевского собора в Юрьеве-Польском. Не совсем ясно почему? Георгиевский собор вряд ли можно назвать шедевром древнерусского зодчества. Значит, было еще что-то?
Перестройка
Храм-образец в Юрьеве-Польском был построен в 1234 году князем Святославом Всеволодовичем на месте на фундаменте белокаменной церкви Георгия, которая была сооружена в 1152 при основании города Юрием Долгоруким. Видимо, этому месту уделялось какое-то повышенное внимание. А строительство такого же храма в Москве, возможно, должна была подчеркнуть какую-то преемственность.
Успенский собор в Москве простоял менее 150 лет, а потом Иван III вдруг решил его перестроить. Формальная причина – ветхость сооружения. Хотя полторы сотни лет для каменного храма не Бог весть какой срок. Храм разобрали, а на его месте в 1472 году началось строительство нового собора. Однако 20 мая 1474 года в Москве произошло землетрясение. Недостроенный собор получил серьезный урон, и Иван принимает решение разобрать остатки и начать строить новый храм. Для строительства приглашаются зодчие из Пскова, но те, по загадочным причинам, категорически отказываются от строительства.
Аристотель Фьораванти
Тогда Иван III, по настоянию своей второй супруги Софии Палеолог, посылает эмиссаров в Италию, которые должны были привезти в столицу итальянского архитектора и инженера Аристотеля Фьораванти. Кстати, на родине его называли «новым Архимедом». Это выглядит совершенно фантастически, поскольку впервые в истории Руси на строительство православного храма, главного храма Московского государства, приглашается зодчий-католик!
С точки зрения тогдашней традиции – еретик. Почему был приглашен итальянец, который в глаза не видел ни одного православного храма, остается тайной. Может быть, потому, что ни один русский зодчий не захотел иметь дело с этим проектом.
Строительство храма под руководством Аристотеля Фьораванти началось в 1475 году, а закончилось в 1479. Интересно, что в качестве образца был избран Успенский собор во Владимире. Историки объясняют, что Иван III хотел показать преемственность Московского государства от бывшего «стольного града» Владимира. Но это опять выглядит не очень убедительно, поскольку во второй половине XV века былой авторитет Владимира едва ли мог иметь какое-то имиджевое значение.
Возможно, это было связано с Владимирской иконой Божией матери, которую в 1395 года перевезли из владимирского Успенского собора в московский Успенский собор, построенный Иваном Калитой. Однако прямых указаний на это история не сохранила.
Одна из гипотез, почему русские зодчие не взялись за дело, и был приглашен итальянский архитектор, связана с личностью второй жены Иоанн III, византийки Софии Палеолог. Об это немного подробнее.
София и«латинская вера»
Как известно, в жены Ивану III греческую принцессу активно продвигал римский папа Павел II. В 1465 году ее отец, Фома Палеолог, перевез ее с другими своими детьми в Рим. Семья поселилась при дворе папы Сикста IV.
Через несколько дней после их прибытия Фома умер, приняв перед смертью католичество. История не оставила нам сведений о том, что София перешла в «латинскую веру», однако вряд ли Палеологи могли оставаться православными, живя при дворе папы Римского. Другими словами, Иван III, скорее всего, посватался католичке. Причем, о том, что София перешла перед свадьбой в Православие, не сообщает ни одна летопись. Венчание происходило в ноябре 1472 года. По идее, оно должно было происходить в Успенском соборе. Однако незадолго до этого храм был разобран до фундамента, чтобы начать новое строительство. Это выглядит очень странно, поскольку примерно за год до этого было известно о грядущей свадьбе. Удивительно и то, что венчание произошло в специально построенной возле Успенского собора деревянной церкви, которую снесли сразу же после обряда. Почему не был выбран другой кремлевский собор, остается тайной. Возможно, «закладной» реликвией могли стать мощи неправославного святого. Как известно, София привезла в качестве приданного много реликвий, включая православные иконы и библиотеку. Но, вероятно, не обо всех реликвиях мы знаем. Не случайно же папа Павел II так лоббировал этот брак.
Если во время переустройства храма произошла смена мощей, то, согласно русской традиции градостроительства, сменилось «тайное имя», а главное судьба города. Люди, которые хорошо и тонко понимают историю, знают, что именно с Ивана III началась смена ритма России. Тогда еще Великого княжества Московского.
![](/mark_r_img.png)